Однажды в селении, где жил Насреддин, справляли свадьбу. Жених был тщеславен и не позвал Моллу на пир, опасаясь в душе, что тот посрамит его перед гостями.
В разгар пира в ворота постучали. Слуги пошли открывать и увидели за воротами Моллу Насреддина со свитком пергамента в руках.
Громко восклицая: «Важное письмо жениху! Письмо от султана Бухары!» — Насреддин прошел к почетному месту, вручил пергамент оторопевшему жениху и сразу принялся за еду.
Жених развернул пергамент, но не нашел в нем ни строчки.
— Что ты принес мне, обманщик! Тут только чистый лист! — с досадой вскричал жених.
— Видишь ли, — ответил Молла, — султан так торопил меня — отнести тебе это послание, что я даже не стал дожидаться, пока его напишут, а сразу взял и побежал!
Только дырявый горшок может пытаться стать человеком знания по своей воле. Трезвомыслящего человека нужно затягивать на путь хитростью. Найдется масса людей, которые с радостью захотят учиться, но эти не в счет. Обычно они уже с трещиной. Как пересохшая бутыль из тыквы, которая с виду в порядке, но начинает течь в ту же минуту, как только в нее наливают воду и появляется давление. Через минуту ее нужно вновь наполнять водой.
Ученики одного суфия, да и сам учитель, совсем обнищали. Они жили в области, которая славилась обилием бедняков и прижимистых богачей: у одних было нечего попросить, у других было ничего не вымолить. Заработать денег тоже не удавалось, словно сама судьба ополчилась на них.
— Учитель, — возопили, наконец, ученики суфия, — доколе нам терпеть такую нужду? Сколько еще дней?
— Сорок, — ответил, помедлив, суфий.
— А потом? Что потом?
— Потом привыкнем.
Следует отличать сентиментальность от чувствительности. Сентиментальный человек может быть в частной жизни чрезвычайно жестоким. Тонко чувствующий человек никогда не бывает жестоким.
Истинное знание состоит в том, чтобы знать, что мы знаем то, что знаем, и не знаем того, чего не знаем, сказал Конфуций. Ложное же — в том, чтобы думать, что мы знаем то, чего не знаем, и не знаем того, что знаем; и нельзя дать более точного определения того ложного познания, которое царствует среди нас.
Верьте себе и живите так, напрягая все свои силы на одно: на проявление в себе бога, и вы сделаете все, что вы можете сделать и для своего блага, и для блага всего мира.
Молла, — спросили Насреддина, — почему друзья так легко становятся недругами? А вот врагов в друзей превратить гораздо труднее.
— Такова природа вещей, —отвечал Насреддин. — Подумайте сами, что легче — построить дом или разрушить его? Слепить кувшин или разбить? Заработать деньги или растратить?
— А трудно ли вернуть порушенную дружбу? Молла взял глиняный кувшин и бросил на пол. Кувшин разлетелся на крупные и мелкие черепки.
— А теперь склей его, — просто сказал Молла.
- Нет, он не психопат, — сказал Хуу Ко. — Он герой, хотя граница между тем и другим достаточно тонкая, пожалуй, даже хрупкая. Ему необходимо дело, чтобы найти свое истинное «я», вот что я хочу сказать. Он из тех, кто не способен жить без обоснования жизни. Ему постоянно требуется нечто, чтобы он мог оправдаться перед собой. Отнимите у него это нечто, и у него не останется ничего.
Суфий, давая наставления своему ученику, спросил его:
— Понял ли ты?
— Понял, — ответил ученик.
— Ты сказал неправду, ведь о понимании свидетельствовала бы радость, отразившаяся на твоем лице, а не твой ответ.
Однажды правитель страны призвал Моллу Насреддина и приказал ему:
— Молла, ступай и составь мне список всех глупцов нашего края.
Правитель втайне надеялся, что Молла внесет в список и себя. «Вот тогда пусть только попробует меня учить! Чуть что скажет мне, а я ему: Молла, список!» — мечтал правитель. На следующий день Молла пришел со списком. Правитель взглянул в него и обомлел: его имя стояло на первом месте!
— Да как ты посмел издеваться надо мною! Да я тебя… Да я…
— Постой, не гневайся раньше времени, — сказал Молла. — Скажи, не ты ли на прошлой неделе принимал тут купца из Индии? Прочитать всю цитату »
